Главная » Статьи » Мои статьи

«ОПРОС С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ПОЛИГРАФА И ЕГО ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ ОСНОВЫ».
После многих десятилетий негативного отношения к возможности применения полиграфа в целях профилактики, раскрытия и расследования преступлений психофизиологический метод « детекции лжи» с помощью этого прибора был «легализован» в стране в 1993 г. Годом позднее опросы с использованием полиграфа (ОИП) официально были включены в систему методов и средств отечественной криминалистики.За истекшие десять лет выполнена большая работа по внедрению этого метода в российскую правоохранительную практику. Оценка опроса с использованием полиграфа с позиций методологии криминалистической науки позволила доказать, что он является одним из частных методов криминалистической диагностики. Вхождение опроса с использованием полиграфа в современную криминалистику привело к образованию принципиально нового направления в криминалистической науке, получившего наименование «криминалистическая полиграфология».В отечественной криминалистике является общепринятым положение, согласно которому рекомендуемые к применению в целях профилактики, раскрытия и расследования преступлений методы должны удовлетворять ряду требований, одним из которых является научная обоснованность.

В течение более чем столетней истории практического применения психо-физиологического метода «детекции лжи» с помощью полиграфа специалисты неоднократно предпринимали попытки дать естественно-научное объяснение и теоретическое обоснование тех сложных процессов, которые происходят в психике человека и его организме и которые приводят к возможности выявления у человека скрываемой им информации в ходе ОИП. Следует признать, что естественно-научное объяснение механизмов, лежащих в основе ОИП, является одной из наиболее актуальных научных и прикладных проблем, стоящих перед мировым сообществом ученых и специалистов, работающих в данной области. Очевидно, что понимание природы процессов, происходящих в организме и психике человека при опросе с использованием полиграфа, представляет не только научный, теоретический интерес, но и принципиально важно с практической точки зрения, поскольку позволяет сделать этот метод «прозрачным», повысить эффективность и устанавливать научно обоснованные границы его применения. В российской научной и специальной литературе вопросам теории технологии ОИП уделяется недостаточно внимания. Авторы немногочисленных отечественных изданий по тематике ОИП, понимая сложность естественно-научного обоснования психофизиологического метода «детекции лжи» с помощью полиграфа, либо избегают обращаться к этой теме, либо предлагают вульгаризаторское изложение некоторых теоретических концепций, заимствованных преимущественно из зарубежной научной литературы.Данная статья продолжает начатую нами работу по изложению теоретических аспектов ОИП: она посвящена анализу различных подходов к решению данной проблемы зарубежными и отечественными учеными.

К началу 90-х годов ХХ века за рубежом (в основном в США) сформировалось несколько теоретических концепций, пытавшихся с различной степенью успешности объяснить, каким образом с помощью полиграфа удается выявить ложь человека при его проверке на полиграфе. Эти теоретические концепции, или, по американской терминологии, «теории полиграфа,могут быть разделены «на два основных класса: а) теории, опирающиеся на мотивационные и эмоциональные факторы, как важнейшие детерминанты психофизиологической дифференциации… и б) теории, базирующиеся на когнитивных факторах.По мнению экспертов Конгресса США, проводивших специальное изучение комплекса вопросов, связанных с использованием проверок на полиграфе, «наиболее признанная в настоящее время теория заключается в следующем: лицо, подвергаемое тестированию с помощью полиграфа, боится проверки, и этот страх порождает выраженные физиологические реакции в том случае, когда данное лицо отвечает ложно. Данная теория получила наименование теории угрозы наказания (threat— of— punishment theory) и относится к первому из указанных выше классов.

Стремясь полнее раскрыть суть этой теоретической концепции, Л. Мэрси писал: «Основная теория полиграфа заключается в том, что, при определенных обстоятельствах, вопросы, истина в отношении которых может иметь губительные последствия для конкретного субъекта, будут активизировать симпатическую нервную систему и вызывать физиологические изменения, которые могут быть зарегистрированы, измерены и проанализированы. По этой причине вербальный ответ, произносимый субъектом, совершенно не обязательно отражается на физиологических реакциях, которые демонстрируются прибором. Иными словами, если субъекту задают вопрос: «Это Вы убили Х…?«, и он в это время осознает, что действительно убил Х…, физиологическая реакция будет зарегистрирована, даже если субъект признает себя виновным и ответит утвердительно…Если же в ответ на вопрос субъект должен лживо отрицать своё соучастие в преступлении, страх раскрытия истины (поскольку он знает её) вызовет изменения в функциях каждой из систем, измеряемых и фиксируемых полиграфом, и позволит наблюдать оператору физиологические реакции, которые (предполагаемые теоретически и демонстрируемые эмпирически сотнями тысяч проверок на полиграфе) могут быть соотнесены с ложью. Если же субъект правдиво отрицает свое участие в преступлении, кризис сокрытия истины будет отсутствовать, и вопрос не будет стимулировать к действию симпатическую нервную систему организма… Отсутствие реакции должно означать, что субъект говорит правду; в то время как наличие реакции означает, что он утаивает информацию, которая, как он полагает, имеет отношение к поставленному перед ним вопросов.

Несколько иную трактовку теории угрозы наказания давал Р. Девис, по мнению которого «ложь, по сути, есть реакция избегания со значительно меньшим, чем 100%, шансом на успех, но, тем не менее, это единственное, что вообще имеет надежду на успех. Физиологическая реакция будет следствием реакции избегания, которая имеет малую вероятность подкрепления, но не совсем низкую. Если эта теория имеет хоть какую-то обоснованность, то тогда следует допустить, что физиологическая реакция ассоциируется с состоянием неопределённости. Действительно, кажется, что ложь, произносимая с полной уверенностью и определенностью, по-видимому, не вызывает сильную реакцию; однако, с другой стороны, имеются экспериментальные данные, что ложь, произносимая без всякой надежды на успех, выделяется также с трудом.Нетрудно заметить, что теория угрозы наказания и обе представленные выше её трактовки весьма уязвимы.Во-первых, теория угрозы наказания вызывает скептическое отношение у её критиков, которые полагают, что, «согласно этой теории, полиграф скорее измеряет страх перед проверкой, чем ложь как таковую.Во-вторых, едва ли можно безоговорочно согласиться с мнением о единственно предопределяющей роли симпатической нервной системы в развитии физиологических реакций в ходе испытаний на полиграфе. Известно, что далеко не все изменения в организме, происходящие на психофизиологическом уровне, обусловлены действием именно этой составляющей вегетативной нервной системы: например, часто наблюдаемое при испытании на полиграфе уменьшение частоты сердечных сокращений, возникающее в ответ на предъявление опрашиваемому лицу значимых для него вопросов, определяется не симпатической, а парасимпатической нервной системой. В-третьих, теория угрозы наказания создает большие трудности в объяснении высокой результативности экспериментальных исследований— например, проводимых в лабораторных условиях тестов с отгадываем задуманного числа или выбранной карты— где полностью исключена угроза «губительных последствий» за ложь экспериментатору.(В-четвёртых, из рассматриваемой теории следует, что выраженность физиологической реакции на тот или иной вопрос в процессе «детекции лжи» является функцией «реакции избегания от угрозы наказания». Если бы это было так, то «у субъекта, которому было бы неведомо, что его реакции подвергаются контролю, степень их проявления была бы минимальной. Однако специально предпринятое экспериментальное исследование показало несостоятельность этого предположения: в тех случаях, когда удавалось убедить испытуемых, что полиграф отключен (реакции регистрировались телеметрически на вынесенный прибор), было установлено, что никакого существенного ухудшения выраженности физиологических реакций не наблюдалось.

Вместе с тем, необходимо отметить, что теория угрозы наказания находит некоторое экспериментальное и весомое прикладное подтверждение: как свидетельствуют эксперты Конгресса США, вероятность выявления скрываемой информации методом ОИП в реальных условиях закономерно выше, чем в лабораторных.Кроме теории угрозы наказания, к этому классу «теорий полиграфа» относят концепцию, в основу которой были положены идеи академика А.Р.Лурия, высказанные им в начале 20-х годов.Напомним, что, занимаясь изучением состояния аффекта у преступников и обобщив огромный экспериментальный материал, А.Р.Лурия пришел к следующему выводу: «состояние психической травмы (в результате совершенного преступления.- Ю. Х.), осложненное необходимостью скрывать её и ограниченное страхом саморазоблачения, создает у преступника состояние острого аффектного напряжения; это напряжение весьма вероятно увеличивается потому, что субъект находится под страхом раскрытия совершенного им преступления: чем серьёзнее преступление, тем выраженнее аффект и тем больше опасность его раскрытия, и,следовательно, тем сильнее этот комплекс подавляется… Такое напряжение, несомненно, является одним из серьёзнейших факторов в признании преступником своей вины. Признание служит преступнику средством избежать следов аффекта, найти выход из создавшегося напряжения и разрядить аффективный тонус, который порождает в нем невыносимый конфликт. Признание может уменьшить этот конфликт и возвратить личность в определенной степени к нормальному состоянию; именно в этом и заключается психофизиологическая значимость этого признания.Идеи А.Р.Лурия были трансформированы американскими исследователями в теорию конфликта (conflict theory), которая устанавливает, что «сильные физиологические сдвиги будут иметь место тогда, когда две несовместимые тенденции реагирования будут активированы одновременно: тенденция говорить правду и тенденция лгать относительно рассматриваемого инцидента.В целом теория конфликта согласуется с некоторыми экспериментальными данными, и суждение Р. Дэвиса о том, что детекция будет осуществляться тем легче, чем сильнее проверяемый будет пытаться скрыть свою ложь, нашло свое подтверждение в работах ряда исследователей. В частности, в лабораторных экспериментах было продемонстрировано улучшение выделения скрываемых стимулов при стремлении испытуемых «обмануть прибор», т.е. при усилении «конфликта.Отдельные исследователи, высказываясь в поддержку этой теории, указывают, что «вызванное конфликтом возбуждение во время лжи может быть охарактеризовано как тормозящее, связанное с активацией парасимпатической нервной системы. В подтверждение этого приводятся экспериментальные данные «об изменении частоты сердечных сокращений и амплитуды Т-волны во время акта лжи.Однако большинство специалистов признают, что теория конфликта достаточно уязвима и предостерегают от далеко идущих выводов. По мнению Р. Дэвиса, если конфликт является основой или причиной сильных реакций, которые обозначают ложь, то тогда существует определенная опасность впасть в заблуждение в связи с сильными реакциями, вызываемыми личными эмоциогенными проблемами. Известно, в частности, что слова, затрагивающие эмоционально значимые зоны, вызовут сильные реакции, невзирая на ложь.Более того, с позиции теории конфликта не поддается объяснению хорошо известный факт возникновения сильных реакций при предъявлении психически значимых стимулов, когда от испытуемого вообще не требуются ответы (так называемый молчаливый тест /silent test/) и практически исключается сама возможность возникновения «конфликта противоборствующих тенденций.Завершает класс «мотивационно-эмоциональных» теоретических концепций условно-рефлекторная теория (conditioned response theory), фундаментом для которой послужили принципы, открытые И.П.Павловым при изучении высшей нервной деятельности.

«Эта теория основана на том, что критические вопросы порождают дифференцированное физиологическое реагирование в силу того, что они обусловлены прошлым опытом проверяемого. Согласно такому подходу, чем серьёзнее преступление, тем сильнее реакции, которые будут вызваны этими критическими вопросами.При внешней простоте и кажущейся очевидности эта теоретическая концепция, по-видимому, ещё более уязвима, чем теория конфликта. Если согласиться с этой теорией, то дать приемлемое объяснение психофизиологическим реакциям на ложь в ходе лабораторных экспериментов, где процент детекции весьма высок (например, в экспериментах с идентификацией карты, которую выбрал и скрывает испытуемый),— не представлялось бы возможным.Общим недостатком теорий «мотивационно-эмоционального класса», по мнению ведущих зарубежных специалистов, являются «сложности при объяснении значительной успешности детекции лжи в мягких условиях, когда у испытуемых нет высокой мотивации избегать обнаружения лжи, когда вообще не требуется лгать, когда испытуемые не пытаются скрывать значимую информацию и даже когда испытуемые не подозревают, что их реакции регистрируются полиграфом.

В определенной мере указанный изъян пытаются устранить теории, в основу которых кладутся «когнитивные факторы», связанные с восприятием и переработкой стимулов, предъявляемых испытуемому в процессе теста с применением полиграфа. Так, четвертой из «теорий полиграфа» является так называемая теория активации (arousal theory), согласно которой «детекция происходит из-за различной активационной силы предъявляемых стимулов.Для экспериментального обоснования этой теории привлекают понятие «знания виновного». Суть этого понятия заключается в том, что признак преступления «только для виновного субъекта будет иметь особое значение, «сигнализируя ценность», которая будет вести к ориентировочному рефлексу, более сильному, чем на другие (признаки, не связанные с преступлением — Ю. Х.)… Понятно, что для субъектов, которые не обладают «знаниями виновного», все темы равны и вызывают обыкновенные ориентировочные рефлексы, которые будут угасать при повторениях.Именно этим и определяется «когнитивный» элемент теории активации, в силу которого «ударение делается скорее на том факте, что индивид что-то знает, чем на его эмоциях, страхах, обусловленных ответах или лжи.В целом эта теория хорошо согласуется с результатами многих лабораторных исследований, проводимых в данной области. В частности, применение теории активации позволяет понять причины существенных различий в эффективности выделения психически значимых стимулов в условиях различных уровней мотивации. (При этом необходимо упомянуть, что результаты экспериментальных исследований, направленных на подтверждение теории активации, основывались, как правило, на регистрации кожно-гальванического рефлекса /КГР/— единственного физиологического показателя, в отношении которого зарубежные исследователи могли применить объективную количественную оценку наблюдаемых реакций).

Теория активации не нашла широкого признания у полиграфологов. Ведущие американские полиграфологи 40-70-х гг.ХХвека Дж. Рейд и Ф. Инбау «полагали, что теория активации может быть доминирующей в лабораторных экспериментах, но в полевых условиях угроза наказаний подавляет эффект бдительности и внимания, найденный в лаборатории. Это различие используется операторами полиграфа для объяснения эффективности КГР в лабораторных условиях, но не в полевых.Проводя в лабораторных условиях эксперименты по исследованию реакций на нейтральные и значимые стимулы, израильские психофизиологи эмпирически установили, что «психофизиологическая детекция зависит от относительной частоты значимых стимулов в группе, предъявляемой испытуемому в ходе тестирования на полиграфе.Для объяснения обнаруженного эмпирического правила исследователи предложили дихотомизационную теорию (dichotomization theory): «согласно этой теории, лица, которые выбрали определенный (значимый) стимул, проявят независимые процессы привыкания к двум классам стимулов (нейтральным и значимым).Создатели этой теории (Либлич, Бен-Шахар и др.) надеялись, что разработанные на её основе методические принципы позволят в дальнейшем разделять сложные последовательности стимулов по группам и,определяя закономерности привыкания субъекта к каждой из групп, устанавливать их субъектную значимость. Но, опираясь на положения дихотомизационной теории, исследователи столкнулись в ходе своих экспериментов с определенными противоречиями.Во-первых, «дихотомизационная теория предсказывает, что в ситуации, когда значимые и нейтральные стимулы равновероятны (т.е. p= 0.50), их разделение психофизиологическим способом было бы невозможно. Однако в большинстве исследований, использующих такие исходные условия, кожно-гальваническая реакция /КГР/, вызванная значимыми стимулами, была больше, чем КГР на нейтральные стимулы. Во-вторых, было установлено, что редко предъявляемые значимые стимулы вызвали более выраженные реакции КГР, чем нейтральные стимулы, предъявляемые в тех же условиях. В целом дихотомизационная теория весьма далека от реальных испытаний на полиграфе, применима лишь к ограниченному кругу лабораторных задач и,по утверждению её создателей, требовала «дальнейших исследований для понимания механизмов привыкания, проявляющихся в дифференцированной автономной реактивности отдельных показателей.

Рассмотренными выше пятью «теориями полиграфа» не исчерпывались на рубеже 80-90-х гг. попытки зарубежных ученых и ;специалистов создать надежную теоретическую основу психофизиологического метода «детекции лжи» с помощью полиграфа. В частности, канадский исследователь Р. Хеслгрейв «постулировал четыре теории для объяснения психического напряжения во время лжи. Теория количества информации устанавливает, что более высокое возбуждение во время лжи происходит потому, что больше информации (истинной и ложной) привлекает внимание и активируется в процессе лжи. Теория возвращения затруднений устанавливает, что ложная информация является более трудной для возвращения, чем истинная, и это усиливает возбуждение. Теория новизны постулирует, что возрастание психического напряжения происходит из-за новой ассоциации непривычного ложного ответа с вопросом. В итоге Р. Хаслгрейв приходит к выводу, что наиболее плодотворной, с его точки зрения, является теория конфликта, так как именно «конфликт играет первейшую роль во время акта лжи. Но о некоторых pro- и contra- этой «теории полиграфа» уже упоминалось выше. Таким образом, к началу 90-х гг.ХХ в. «было предложено около тринадцати теорий для объяснения, почему люди реагируют, когда они лгут, однако ни одна из них не дала объяснения всем фактам,которые накопила практика использования полиграфа.К аналогичному же выводу пришли также ведущие специалисты Израиля и Канады: Г.Бен-Шахар и Дж. Фюреди констатировали, что «ни одна из теорий и ни один из теоретических подходов не способны охватить весь объём данных,наблюдаемых в ходе проверок на полиграфе, проводимых в реальных и экспериментальных условиях.

В начале 20-го века в США проблема естественно-научных основ психофизио-логического метода детекции лжи с помощью полиграфа приобрела особую актуальность. Внимание к этой проблеме было обусловлено тем, что министерство энергетики, в ведении которого находится деятельность атомных электростанций, приняло решение о применении скрининговых проверок на полиграфе в целях обеспечения безопасности при работе с кадрами. По просьбе министерства под патронажем Национальной Академии Наук был образован Комитет по исследованию научной обоснованности полиграфа (Committee to Review the Scientific Evidence onthe Polygraph; далее— Комитет), название которого отражало порученное ему задание.После 19 месяцев работы Комитет, состоявший из нескольких десятков ученых, которые до этой работы не были связаны с исследованиями в области полиграфа, подготовил обширный обзор прикладных и теоретических аспектов современной технологии применения полиграфа в правоохранительной практике. Среди прочего, в этом обзоре было уделено большое внимание «теориям полиграфа» и исследованию современных взглядов на природу процессов в психике и организме человека, которые позволяют выявлять его ложь.В рамках обзора специалисты Комитета рассмотрели и проанализировали теорию конфликта, условно рефлекторную теорию, теорию угрозы наказания, теорию активации, дихотомизационную теорию, объединив при этом последние три теории в единую группу - теорий психологической установки.В дополнение к указанным, в обзоре была рассмотрена ориентационная теория (orienting theory), которая была предложена израильским исследователем М. Клейнером как общее теоретическое обоснование тестирования на полиграфе. В основу ориентационной теории были положены работы Е.Н.Соколова по исследованию ориентировочного рефлекса, опубликованные в зарубежной научной литературе в 60-е гг. прошлого века. Опираясь на понятия «новизна стимула» и «ориентировочный ответ», М. Клейнер попытался объяснить различие в реагировании человека на контрольные и проверочные вопросы в процессе его тестирования на полиграфе.Существенным достижением концепции, предложенной израильским ученым, явилось то,что она ввела в теоретические конструкции понятие «значимость стимула» (the significance of the stimulus). Итогом этого новшества явился переход при оценке результатов теста от понятий «ложь обнаружена» (deception indicated) и «ложь не обнаружена» (no deception indicated) к понятиям «значимое реагирование» (significant responding) и «незначимое реагирование» (no significant responding).Вместе с тем специалисты Комитета не согласились с мнением М. Клейнера о том, что ориентационная теория может служить исчерпывающим естественно-научным обоснованием технологии проверок на полиграфе.Во-первых, они обратили внимание на то,что обычная «практика предварительного обсуждения вопросов с проверяемым (перед их предъявлением при тестировании на полиграфе— Ю. Х.) является спорной с точки зрения ориентационной теории. Во-вторых, исходя из nbsp ориентационной теории, сравнительные вопросы должны были бы конструироваться совершенно по-иному: «вместо того, что бы вызывать реакции у не лживых субъектов, они должны были бы формулироваться таким образом, чтобы не вызывать реакции, как это происходит в методике проверочных и нейтральных вопросов. В целом, специалисты Комитета «не получили серьёзных аргументов… что процедура проверки на ;полиграфе, базирующаяся на методике сравнительных вопросов, может быть объяснена в терминах ориентационной теории.Следует отметить, что, осуществляя обзор «теорий полиграфа», специалисты Комитета проанализировали не все теоретические концепции, имеющиеся в настоящее время в мировой практике. В частности, вне внимания Комитета оказалась интересная теоретическая концепция польских полиграфологов, которая была названа её авторами концепцией обнаружения следов памяти.Польские исследователи на базе накопленного опыта выполнения проверок на полиграфе более двадцати лет назад пришли к заключению, что «американская теория детекции лжи не дает достаточного объяснения физиологическим явлениям, регистрируемым в ходе тестов» В последующие годы польские исследователи разработали собственную теоретическую концепцию тестирования человека на полиграфе. С их точки зрения, такая проверка «состоит из четырех базовых элементов:Характер этой проверки должен репродуцировать следы памяти.Процедура проверки принимает во внимание принципы, используемые в психологических экспериментах.Проверка является методом криминологической идентификации.Проверка стремится к отысканию информации, востребованной право-охранительными органами.Указанная выше концепция базируется исходя из условия обнаружения следов памяти уголовных преступлений.Хотя данная теоретическая концепция, как следует из опубликованной статьи, не может претендовать на исчерпывающий характер, тем не менее, следует подчеркнуть важнейшее, с нашей точки зрения, достижение польских исследователей, сделанное ими к началу XXI в.: впервые в зарубежной научной литературе тематике психофизиологического метода детекции лжи прямо было указано, что проверка на полиграфе осуществляет исследование памяти человека с целью обнаружения наличия (или отсутствия) следов событий, имеющих уголовно релевантное значение.Однако вернемся к обзору, подготовленному специалистами Комитета. В итоге выполненного анализа специалисты Комитета пришли к ому же умозаключению, к которому более 40 лет назад пришел Р. Дэвис: «возможно, что различные теории применимы в различных ситуациях. Дихотомизационная и ориентационная теории, допустим, могут быть более применимы к тестам, в которых сигнальная цена стимула является более подходящей, чем угроза серьёзных последствий процесса детекции: например, когда расследование нацелено на идентификацию свидетелей, обладающих знаниями о происшествии, даже если они невиновны. Теории конфликта, угрозы наказания, психологической установки или возбуждения, напротив, могут быть более применимы для идентификации субъектов, виновных в серьёзных преступлениях или в сокрытии опасных планов или связей.Д. Рэскин констатировали, что «к сожалению, слишком мало исследований, ориентированных на познание теоретических основ, было осуществлено в течение полувека, в связи с чем полиграф использовался как «детектор лжи». К счастью, ситуация, кажется, меняется…выполняя заданию Конгресса США анализ ситуации в области применения полиграфа в различных сферах жизни американского общества, эксперты пришли к выводу, что для создания всеобъемлющей «теории полиграфа» прежде всего необходимо «проведение фундаментальных исследований, основанных на новейших достижениях психологии, физиологии, психиатрии, медицины и нейронаук. Двадцать лет спустя - специалисты Комитета также были вынуждены констатировать, что «необходима твердая теоретическая основа для того, чтобы иметь доверие к тестам, используемым при психофизиологической детекции лжи… 1920-х годов полиграфные исследования сфокусировались на нескольких физиологических реакциях и пытались приспособить наилучшим образом к потребностям практики, не делая ничего для того, чтобы развить научные основы… Никакие систематические усилия не предпринимались для того, чтобы установить на теоретической основе лучшие физиологические индикаторы или развить теорию на основе появляющихся знаний в области психологии и физиологии.В итоге Комитет по исследованию научной обоснованности полиграфа пришел к выводу, что «теоретическое обоснование применения полиграфа является весьма слабым.

 

 
Категория: Мои статьи | Добавил: defaultNick (13.01.2012) E W
Просмотров: 1628 | Комментарии: 1 | Теги: полиграф, научные, основы, детектор лжи | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 1
avatar
0
1
Очень интересная статья
avatar
НАШИ КОНТАКТЫ
Запорожская область
Запорожье
ул, Стефанова 20 оф.1



+38 067 396 83 59 detector-zap@mail.ru